Соц сети

чукотка

15.02.2012

Это цитата сообщения Сергей_Черных Оригинальное сообщениеОднако не говори «Однако»

Вот репортажик получился. Извините за "многобукв". Что называется Сергей Черных и Сергей Шахиджанян с Чукотки со своей пургой. Фотографии мои - буду втискивать в комментарии

Где находится Чукотка, в голове укладывается с трудом: надо лететь девять часов на восток, чтобы оказаться на границе с Западным полушарием. Там, за проливом Дрейка, уже США. Восемь часов разницы тоже выбивают из колеи: прежде чем позвонить в Москву, долго высчитываешь — они там уже спят? Или еще спят? Но главный шок столичного жителя в другом - даже не в отсутствии дорожных пробок — в недостатке людей. Сейчас объясню.
Представьте ответственный футбольный матч чемпионата России в «Лужниках». Телекомментатор объявляет: сегодня стадион заполнен почти на 2/3: на матч пришло 50 тысяч зрителей. Вот эти 50 тысяч и есть население Чукотки. А теперь представьте одно из самых больших государств Европы Францию — по размерам эта страна соизмерима с одной из наших далеко не самых больших автономий. Короче - 0,002 (две тысячные) человека на квадратный километр! Последний раз в пресловутой Франции такая плотность была в те далекие времена, когда мы только начали именоваться хомо сапиенсами. Сегодня меньше только в Антарктиде.
DSC_0122 (700x608, 152Kb)

То, что мы выбрали не самый удачный момент для поездки, поняли прямо в аэропорту столицы автономии городе Анадырь. В начале декабря там как раз настолько замело, чтобы добраться до переправы через бурную одноименную речку было уже нельзя; но еще не настолько холодно, чтобы эта водная артерия промерзла. Поэтому от самолета до города добираемся на вертолете.
Устраиваясь в гостинице, слушаем радио. Проноз, в общем, благоприятный: ночью -35, но днем, если облака не рассеются, воздух ПРОГРЕЕТСЯ до -28. Правда, ветер — до 15 метров в секунду. Это сколько? Скажем, можно передвигаться с наклоном тела под углом в 45 градусов. В сочетании с обещанными комфортными -28 очень бодрит. Поэтому для прогулок по городу надо брать спутника, знакомого с местной розой ветров. Идем, как парусники, галсами. Чтобы не загубить дорогую технику, греем на груди фотоаппараты (одно плохо — чтобы сделать снимок, приходится расстегивать куртку, а это очень неприятно). Как Астерикс с Абеликсом время от времени прикладываемся к фляжке со спасительным «волшебным эликсиром» - от холода коньяк не спасает, но хоть создает иллюзию помягчевшего климата. Газ в зажигалке давно замерз, меховая опушка капюшонов покрылась инеем, из носа свешиваются сосульки как у норвежских биатлонистов... И в этот момент наш проводник орет: «а сейчас держитесь!»: выруливаем за угол и понимаем: до этого наше существование было вполне сносным.
А вокруг красота — разноцветные дома (чтобы за 9-10 месяцев зимы люди от оттенков светлосерого головой не тронулись), достопримечательности, больше всего умилили живописно расставленные лавочки на пляже.
О достопримечательностях. Четыре памятника: само собой Ленину, святому Николаю, писателю Рытхэу и тому самому «Начальнику Чукотки». Многие помнят этот фильм с Кононовым в главной роли. По сюжету, в 1922 году молодой революционер Алексей Бычков устанавливает тут советскую власть, зарабатывает на торговле с иностранцами миллион долларов и через США добирается до Петербурга, чтобы сдать валюту кому надо. На самом деле не добрался — расстреляли его со сподвижниками прямо на том месте, где стоит памятник. Советская власть здесь окончательно установилась лишь в 1935-м.
Есть еще огромная деревянная церковь и дом странной конструкции самого популярного здесь человека Романа Абрамовича. Он похож на ангар. Такое впечатление, что Роман Аркадьевич вплывает в него на одной из своих яхт, да так в ней и живет.

А чукча?
В чуме

Встречающая сторона пыталась отчитаться о достижениях последних лет, когда Абрамович был в Чукотском АО губернатором, а потом главой законодательного собрания. Они рассказывали о том, как удалось наладить северный завоз, утеплить дома, превратить богом забитый поселок Анадырь во вполне приличный городок, провести дороги, обеспечить население рабочими местами... Но мы тупо гнули: чукча, чум, шаман, «у далекой реки, где живут оленеводы» и прочий набор банальностей человека с запада — всё, что мы знали о Чукотке и не боялись просить. На нас посмотрели глазами неблюя (так неблагозвучно называется северный олененок) и вздохнули. В этом вздохе без труда читалось:
до ближайшего чума несколько сот километров;
борясь за высокую явку в предвыборную страду, мы на самолетах, вертолетах и плавсредствах посетили несколько тысяч избирателей, живущих по стандартному адресу «тундра, чум» и все физические и топливные ресурсы давно исчерпаны;
чтож я маленьким не сдох;
если вы настаиваете, то конечно, но благости не будет;
и много чего еще.
Мы не звери — бог бы с ним, в следующий раз. В знак благодарности нам все же отыскали две собачьи упряжки с каюрами-морзверобоями (это которые охотятся на китов, моржей и прочую морскую живность) и подогнали их на избирательный участок. В виде бонуса нашли шамана Егора: «правда он эвенк, но вы все чукчу и от киргиза не отличите».
Каюры дали интервью, шаман накамлал высокую явку, подробности смотрите на сайте «КП».

От еды не зарекайся

Засыпали мы с мыслями о нем — о завтраке. Через час после завтрака предвкушали обед. После обеда мечтали о том, что съедим на ужин. Организм, понявший, что его хотят убить, работал из последних сил, изо всех сил стремясь поддержать температурный баланс. Еда забрасывалась как в топку. Главная чукотская диета: хотите похудеть — теплее одевайтесь. Кстати, и деньги сэкономите — кормежка тут, как и все остальное, очень дорогая. Пословицу «за океаном телушка — полушка, да перевоз — пятачок» можно вывешивать на плакатах над каждым магазином; ничего не значащее для европейца словосочетание «северный завоз» - тема бесед, стоящая на втором месте после погоды.
Когда в Москву приезжают друзья из этих мест, разговор строится по стандартной схеме:
Значит, сейчас бежим в магазин, покупаем чего покрепче...
Ага, и фруктиков!
...Шашлыки налаживаем, закусочки берем...
Точно — и фруктиков!!!
Вечером баня заказана, туда пива...
И фруктиков!!!
Особо перепахал ОДИН королек за 360 рублей.
Ожидая вертолета в город, разговорились в анадырьском аэропорте с одной из солисток прилетевшей с нами девичьей шоу-группы «Блестящие». Девушка тут уже была и рассказала, как на одном из концертов в неё бросили пол палки колбасы. Говорит, хотела обидеться, но быстро объяснили, что это знако особого расположения, так как еда ну очень дорогая. Смысл в этом есть — цветами не согреться, не наесться. Но если бы «Блестящие» были, действительно, популярны — их бы помидорами закидали.
Один из центральных магазинов в центре Анадыря, скорее, не магазин, а сувенирная лавка. Перед вылетом на «большую землю» тут выстраивается очередь желающих прибыть к родственникам и друзьям не с пустыми руками. Закупают местную красную икру, рыбу и тушенку из оленины. Для удобства можно было бы тут же регистрацию на рейс производить.
Чего это фарш из нерки сегодня такой дорогой?
А мы в него лук положили...
Стоя в этой очереди, разглядываем что покупают никуда не вылетающие, то есть для которых все как обычно. Вот очередная домохозяйка говорит продавщице:
Мне, пожалуйста, два кило оленины, килограмм свинины, батон, пачку макарон, пачку пельменей, пакет риса и одно яблоко.

Сказ о том, как русский мужик чукчам пургу накамлал

В последний день пребывания, прямо с утра, мы собрали вещи и начали ждать вылета. Выходить что-то никуда не хотелось — сидели в холе и пели навеявший погодой слегка переделанный старый хит Валерия Ободзинского:
«Три месяца зима,
Три месяца зима,
Три месяца зима
И вечна-а-ая зима!».
Но тут за нами пришли и спросили в лоб: «ваша работа?». Накануне, вконец заморозив и утомив шамана Егора, мы отправили его греться в машину и, отняв бубен, пропели что-то в жанре горлового пения читателям «КП», сопровождая это ритуальным танцем. Теперь нас, может, и в шутку, обвиняли в том, что мы по неопытности накамлали пургу и вылет задерживается на сутки.
Тонкость такая: «Боинг»-то взлетит, а вот вертолет в такую погоду не поднимется. Бывало и так: раз в год многим жителям автономии полагается один бесплатный перелет на запад. И вот в непогоду они с тоской смотрят как за рекой Анадырь без них взлетает самолет.
Один из наших попутчиков познакомился с продавщицей. Давным давно она прибыла из Воронежа и зависла на два месяца. Чтобы просто так не сидеть, устроилась на работу. Теперь думает надо ли ей вообще возвращаться. В прошлом декабре тут ходила по стенам Кристина Орбакайте. Представьте: предновогодняя суета, у певцов-артистов самый «сенокос» на корпоративах, а она тут.
В итоге повезло нам — на следующий день вылетели.

Итак

Возможно, ранней июльской весной, когда тундра зацветает всеми своими цветами, суровый южак сменяется ласковым ветерком с моря, а жители рассаживаются на скамеечках набережной, чтобы погреться на 15-градусной жаре, можно оценить величие и красоту Предполярья. Мы не оценили.
Судя по беседам, ценителей Чукотки вообще не много. Живут и работают тут надеясь на карьерный рост, на раннюю пенсию, на большие заработки... Лишь коренное население, особо не видевшее ничего другого, расскажет о своей любви к родному краю. Но дети, выдернутые из родного стойбища и отправленные в школы-интернаты, возвращаются в чум без особой охоты.
Но что-то такое внутри шевелится. Вернемся ведь. Обязательно вернемся. Чтобы посмотреть как загоняют оленей, как охотятся на китов, устраивают тысячекилометровые гонки на собачьих упряжках, посетить затерянный в Беринговом море остров Ротманова с самой восточной погранзаставой страны. Потому что, как тут говорят, впереди вечность, позади вечность, а под ногами вечная мерзлота. Потому что Чукотка — это настоящее и для настоящих.